Неточные совпадения
Уже он
видел себя действующим и правящим именно так, как поучал Костанжогло, — расторопно, осмотрительно, ничего не заводя нового, не узнавши
насквозь всего старого, все высмотревши собственными глазами, всех мужиков узнавши, все излишества от себя оттолкнувши, отдавши себя только труду да хозяйству.
Замечательно было для Левина то, что они все для него нынче были видны
насквозь, и по маленьким, прежде незаметным признакам он узнавал душу каждого и ясно
видел, что они все были добрые.
Как я ее всю
вижу насквозь!
— То есть, позвольте, почему ж вы знаете, что вы потеряете время? Многим статья эта недоступна, то есть выше их. Но я, другое дело, я
вижу насквозь его мысли и знаю, почему это слабо.
Он говорит о книгах, пароходах, лесах и пожарах, о глупом губернаторе и душе народа, о революционерах, которые горько ошиблись, об удивительном человеке Глебе Успенском, который «все
видит насквозь».
«Мы остановимся здесь?» — спросил я Вандика,
видя, что он гонит лошадей так, как будто хочет проехать местечко
насквозь.
Человек приходит к собственному жилищу,
видит, что оно
насквозь засветилось, что из всех пазов выпалзывают тоненькие огненные змейки, и начинает сознавать, что вот это и есть тот самый конец всего, о котором ему когда-то смутно грезилось и ожидание которого, незаметно для него самого, проходит через всю его жизнь.
Красавица не могла не заметить его загоревшего, но исполненного приятности лица и огненных очей, казалось, стремившихся
видеть ее
насквозь, и потупила глаза при мысли, что, может быть, ему принадлежало произнесенное слово.
Упомянул я тоже, что отец Паисий, твердо и незыблемо стоявший и читавший над гробом, хотя и не мог слышать и
видеть, что происходило вне кельи, но в сердце своем все главное безошибочно предугадал, ибо знал среду свою
насквозь.
— Я жених, формальный и благословенный, произошло все в Москве, по моем приезде, с парадом, с образами, и в лучшем виде. Генеральша благословила и — веришь ли, поздравила даже Катю: ты выбрала, говорит, хорошо, я
вижу его
насквозь. И веришь ли, Ивана она невзлюбила и не поздравила. В Москве же я много и с Катей переговорил, я ей всего себя расписал, благородно, в точности, в искренности. Все выслушала...
— Опять поймали лисицу! — проговорил наконец Митя, — прищемили мерзавку за хвост, хе-хе! Я
вижу вас
насквозь, прокурор! Вы ведь так и думали, что я сейчас вскочу, уцеплюсь за то, что вы мне подсказываете, и закричу во все горло: «Ай, это Смердяков, вот убийца!» Признайтесь, что вы это думали, признайтесь, тогда буду продолжать.
— И ту
вижу, всю
насквозь и ту
вижу, и так
вижу, как никогда!
С Григорием — просто, как с бабушкой, но жутко, и кажется, что он из-под очков
видит всё
насквозь.
А Григорий Иванович молчал. Черные очки его смотрели прямо в стену дома, в окно, в лицо встречного;
насквозь прокрашенная рука тихонько поглаживала широкую бороду, губы его были плотно сжаты. Я часто
видел его, но никогда не слыхал ни звука из этих сомкнутых уст, и молчание старика мучительно давило меня. Я не мог подойти к нему, никогда не подходил, а напротив, завидя его, бежал домой и говорил бабушке...
— Мудрено что-то, — вздыхала Марья Степановна. — Не пойму я этого Сережу… Нету в нем чего-то, характеру недостает: собирается-собирается куда-нибудь, а глядишь — попал в другое место. Теперь вот тоже относительно Нади: как будто она ему нравится и как будто он ее даже боится… Легкое ли место — такому мужчине какой-нибудь девчонки бояться! И она тоже мудрит над ним… Я уж
вижу ее
насквозь: вся в родимого батюшку пошла, слова спросту не молвит.
Насквозь всех вас
вижу: променяете на первую танцовщицу.
— Эти отцы ух какие зоркие —
насквозь тебя
видят…
— То-то сыт! а губы зачем надул? смотри ты у меня! я ведь
насквозь тебя, тихоня,
вижу!
—
Насквозь я ее, мерзавку,
вижу! да и тебя, тихоня! Берегись! Не посмотрю, что ты из лет вышел, так-то не в зачет в солдаты отдам, что любо!
— Ну ладно, ладно. Будет шутку шутить… Рассказывай, как в самом деле ихняя затея варилась, — прервал Колышкин. — Глазком бы посмотреть, как плуты моего крестного оплетать задумали, — с усмешкой прибавил он. — Сидят небось важно, глядят задумчиво, не улыбнутся, толкуют чинно, степенно… А крестный себе на уме, попирает смех на сердце, а сам бровью не моргнет: «Толкуйте, мол, голубчики, распоясывайтесь, выкладывайте, что у вас на уме сидит, а мне как вас
насквозь не
видеть?..» Ха-ха-ха!..
— Про то не думай, — внушительно сказал ему удельный голова. — Патап Максимыч лучше тебя знает, годишься ты в торговое дело али нет?.. Ему виднее… Он, брат, маху не даст, каждого человека
видит насквозь… И тебе бы, Василий Борисыч, ему не супротивничать, от счастья своего не отказываться.
— Вертеться еще, непутный!..
Насквозь тебя
вижу, сквалдырника! — горячо, но едва слышно молвила Фленушка.
И впоследствии, в бесплатной городской библиотеке, он сам давал читателю то, что ему «нужно»,
видя каждого посетителя
насквозь.
Нешто они могут
видеть насквозь?» — спрашивал он с презрительной усмешкой.
Ведь еще несколько лет назад показалась бы нелепостью самая мысль о том, что человеческое тело возможно в буквальном смысле
видеть насквозь; теперь же, благодаря Рентгену, эта нелепость стала действительностью.
Да, тут
видели именно
насквозь.
Первая театральная пьеса, которую я
увидел в своей жизни, была польская и притом
насквозь проникнутая национально — историческим романтизмом.
— Оставим мое честное лицо, — продолжал я рвать, — я знаю, что вы часто
видите насквозь, хотя в других случаях не дальше куриного носа, — и удивлялся вашей способности проницать. Ну да, у меня есть «своя идея». То, что вы так выразились, конечно случайность, но я не боюсь признаться: у меня есть «идея». Не боюсь и не стыжусь.
Ярошиньский тихо и внимательно глядел молча на Бычкова, как будто
видя его
насквозь и только соображая, как идут и чем смазаны в нем разные, то без пардона бегущие, то заскакивающие колесца и пружинки; а Бычков входил все в больший азарт.
— Что-нибудь да он затевает, смотри как бы хуже не вышло, я тебе не раз говори, что уж очень он горячо нам благодетельствовать принялся, а это не спроста. Не такой он человек,
насквозь его
вижу.
— Это все ты, тихоня, мутишь!
Вижу я тебя,
насквозь тебя
вижу! ты думаешь, на глупенькую напал? ты думаешь, что вот так сейчас и проведешь! так нет, ошибаешься, друг любезный, я все твои прожекты и вдоль и поперек знаю… все
вижу, все
вижу, любезный друг!
Но потому-то и могу позволить я себе это, что власть и доверие мне даны от графа, властью-то этой я и тебя при себе держу, а то бы ты давно хвостом вильнул,
насквозь я тебя
вижу, и теперь уже ты на Глашку исподтишка глаза пялишь, а тогда бы и в явь беспутничал, а теперь-то знаешь, что со мной шутки плохи… боишься…
Само собою разумеется, что я давно уже угадал про себя эту главную тайну его и
видел всё
насквозь.
Он тоже меня
насквозь понимал, то есть ясно
видел, что я понимаю его
насквозь и даже злюсь на него, и сам злился на меня за то, что я злюсь на него и понимаю его
насквозь.
— А то, что я теперь
вижу насквозь. Это просто заговор против Юлии Михайловны, чтоб оскандалить день…
Помню в детстве отшатывающий, всю душу
насквозь прохватывающий страх перед темнотой. Трусость ли это у детей — этот настороженный, стихийный страх перед темнотой? Тысячи веков дрожат в глубине этого страха, — тысячи веков дневного животного: оно ничего в темноте не
видит, а кругом хищники зряче следят мерцающими глазами за каждым его движением. Разве не ужас? Дивиться можно только тому, что мы так скоро научаемся преодолевать этот ужас.
Кровь
видят все; она красна, всякому бросается в глаза; а сердечного плача моего никто не зрит; слезы бесцветно падают мне на душу, но, словно смола горячая, проедают, прожигают ее
насквозь по вся дни!
Аудиториум. Огромный,
насквозь просолнечный полушар из стеклянных массивов. Циркулярные ряды благородно шарообразных, гладко остриженных голов. С легким замиранием сердца я огляделся кругом. Думаю, я искал: не блеснет ли где над голубыми волнами юниф розовый серп — милые губы О. Вот чьи-то необычайно белые и острые зубы, похоже… нет, не то. Нынче вечером, в 21, О придет ко мне — желание
увидеть ее здесь было совершенно естественно.
— Прочь, — закричала Наташа, — прочь с этими деньгами! Я вас
вижу насквозь… о низкий, низкий, низкий человек!
Когда моя слава по ярмаркам прогремела, что я
насквозь коня
вижу, то один ремонтер, князь, мне сто рублей давал...
— Она —
насквозь подлая и неверная!
Увидишь — она меня хватит в спину, уж это обязательно — в спину, сзади! Выждет свою минуту и — срежет меня с ног…
А в нём незаметно, но всё настойчивее, укреплялось желание понять эти мирные дни, полные ленивой скуки и необъяснимой жестокости, тоже как будто
насквозь пропитанной тоскою о чём-то. Ему казалось, что, если всё, что он
видит и слышит, разложить в каком-то особом порядке, разобрать и внимательно обдумать, — найдётся доброе объяснение и оправдание всему недоброму, должно родиться в душе некое ёмкое слово, которое сразу и объяснит ему людей и соединит его с ними.
Желая согреть бурлаков, Савоська делал совсем ненужные удары поносными направо и налево, но подгубщики сразу
видели эту политику
насквозь, и работа шла вяло, через пень-колоду.
— Вот
видишь, ты и молчишь, — продолжала Арина Петровна, — стало быть, сам чувствуешь, что блохи за тобой есть. Ну, да уж Бог с тобой! Для радостного свидания, оставим этот разговор. Бог, мой друг, все
видит, а я… ах, как давно я тебя
насквозь понимаю! Ах, детушки, детушки! вспомните мать, как в могилке лежать будет, вспомните — да поздно уж будет!
— Пошел с моих глаз… тихоня! ты думаешь, что забьешься в угол, так я и не понимаю?
Насквозь тебя понимаю, голубчик! все твои планы-прожекты как на ладони
вижу!
Граф Казимир Нарцисович вспомнил, что в Италии ему не раз доводилось
видеть это моментальное орудие убийства. Эти иглы так остры, что при небольшом усилии прокалывали
насквозь шею.
К суровому старику относились с глубоким уважением именно потому, что он
видел каждое дело
насквозь, и не было никакой возможности обмануть его в ничтожных пустяках.
Всё это
видел старик
насквозь.
Что такое, на самом деле, жизнь, можно ли,
видя ее «
насквозь», испытывать любовь, или напротив, отвращение и ужас, — каждый решит сам в зависимости от степени своей жизненности. Мы же только отметим здесь один очень характерный эпизод в художественной жизни Достоевского.
Перечитайте Гомера, откиньте всех богов, которых он выводит Вы
увидите, что, помимо них, божественная стихия священной жизни
насквозь проникает гомеровы поэмы, — так проникает, что выделить ее из поэм совершенно невозможно. Ко всему, что вокруг, человек охвачен глубоко религиозным благоговением, — тем просто уважением, которое так восхищает Толстого. Все для человека полно торжественной значительности. —